• Миллионы, радующиеся первому месту на "Евровидении".
• Патриотические речи в национальных СМИ, обращенные к мастерам бить куском дерева по куску резины.  
• "Чумазое купечество" ((C) Л. Троцкий), отсылающее детей в европейские школы.
• Либералы, проповедующие примитивную разновидность либерализма, на Западе давно вышедшую из широкого употребления. 
• Претензии на статус великой державы, осложненные страстью выбивать долги из соседей шумно и до копейки. 
• Поколение интеллектуалов, специализирующееся на поиске признаков величия страны исключительно в прошлом. 
• Поколения женщин, мечтающие выйти замуж за иностранца.

Продолжение следует  

Украина - место, где я родился. Первые одиннадцать лет жизни болел за киевское "Динамо" и ворошиловградскую "Зарю" и говорил с малороссийским акцентом (о чем не подозревал, как и все вокруг). 
Потом, уехав с родителями в ТуркВО, приучился болеть за "Пахтакор", начал говорить с узбекским акцентом (о чем тоже не подозревал, пока через полгода после переезда Москву не был спрошен местной девушкой: "Саша, а ты чистый узбек, или наполовину?") . Украина стала переходить в разряд детских воспоминаний.
Потом, после распада Союза, общаясь с друзьями, оставшимися на Украине, был неприятно удивлен тем, с какой радостью они обсуждали отделение "от вас".
Несколькими годами позже рынки в Москве заговорили с украинским акцентом. Еще через несколько лет украинские торговцы и торговки исчезли из Москвы.
В 1997-м хозяйка квартиры, в которой я жил в Крыму, сообщила мне, что из российских политиков больше всего уважает Владимира Вольфовича Жириновского.
В 2002-м мой родной дядя, украинский письменник Iван Адлов спросил меня посреди типичной болтовни редко встречающихся родственников: "И что же вы, москали, столько земли набрали, что сами освоить не можете!".
В 2004-м пошел на концерт "Воплей Видоплясова", который по срокам наложился на "оранжевую революцию". Тогда в Б2 впервые увидел украинскую диаспору в Москве, а когда Скрипка с заговорщицким видом завел "Весна прийде", а зал радостно подхватил, стало понятно, что у Януковича большие проблемы.  
За годы моего отсутствия на Украине киевляне стали использовать украинский в быту, чего раньше почти не было. Третьим президентом страны стал человек, который просто плохо говорит по-русски. 
А в прошлом году я впервые подумал, что если у нас ничего не изменится, можно свалить на Украину. 

Tags: Украина Ющенко Ворошиловград эмиграция

Агрессивное сопротивление самой идее победы над смертью со стороны тех, ради кого, собственно и идет борьба, ставит в тупик лучшие умы. Интересный инсайт в причины явления - в статье Александра Мелихова в "ЛГ"  (http://avvas.livejournal.com/4273031.html), фрагмент которой цитирует Андрей Василевский (http://avvas.livejournal.com/).
 
"...я полагаю, что симпатия к злодеям выражает не любовь к злу, а любовь к силе.
Ибо у нас у всех есть общие враги, неизмеримо более страшные, чем все социальные конкуренты. Это враги экзистенциальные – болезни, старость, смерть, и каждый, кто ослабляет наше чувство бессилия перед этими чудовищами, ощущается соратником.
В мире искусства, где материально нам не за что бороться, любой персонаж, демонстрирующий силу и несгибаемость, укрепляет в нас веру в человеческое могущество и тем ослабляет экзистенциальный ужас.
Поэтому в искусстве мы предпочитаем видеть человека лучше безнравственным, но сильным, чем нравственным, но слабым. Хотя в реальности предпочли бы наоборот.
В искусстве сила важнее, чем мораль. Потому что оно борется не столько с социальными, сколько с экзистенциальными врагами. И оттого в искусстве нам симпатичен всякий, кто не страшится нашего главного врага – смерти. Даже если это браток". 

С этой точки зрения, введение темы иммортализма в эпохальном романе "Воины креатива" (следы гениального автора теряются где-то здесь: http://mashina-s.livejournal.com/) в корне неверно. Носителем идей иммортализма в художественном произведении должен быть не тихий исследователь, а непобедимый и обаятельный авантюрист, постоянно бросающий смерти вызов от имени читателя - неважно, "хороший" или "плохой". 
C другой стороны, в реальной жизни чем выше цель, тем скромнее ("слабее") должен быть тот, кто к ней сможет повести массы. Нужна комбинация мужественности, необходимой любому лидеру, и очевидной слабости, позволяюшей  массе "простить" ему проявления силы.
Поэтому Обри де Грей должен искать способ не собрать, а раздать миллиард долларов. А шансы увлечь массы иммортализмом были бы у человека, который мужественно преодолевает свою физическую слабость или бросает вызов заведомо более сильным врагам. Те, кто несет в массы идеи иммортализма сейчас, слишком "нормальны" и лояльны всем, кому только можно.
 
Написал и подумал, только ли про иммортализм это можно сказать. Что по-русски ни напиши на отвлеченные темы, получается политика.  

Становится страшновато за Россию, когда вижу, что происходит в Гаити много лет подряд (не только в дни после землетрясения) - активное вмешательство ООН, США и других держав при бессильном государстве и дезорганизованной массе. Нам, выбравшим гаитянский путь развития, оказывается, есть куда падать. 

Вчера был на поэтическом вечере в "Доме Булгакова". Все вертелось вокруг Эйнштейна и книги Константина Кедрова о нем. В частности, Кедров, напомнив публике основные следствия Теории Относительности, сказал: "Нет времени - значит, нет смерти!". 
С этой точки зрения, старение - фантазия неразвитого сознания. 
 

Не нужно пытаться решить мировые проблемы. Это невозможно - причем мешать нам, помимо всего прочего, будут те самые люди, которых мы пытаемся спасти.
Но можно спокойно и без лишнего шума строить лучший мир - этой возможности у нас никто отнять не сможет.
 

Милитаризация во многих случаях является неизбежным и даже прогрессивным периодом в развитии технических новинок. Она заполняет промежуток между теорией/опытным образцом с одной стороны, и массовым продуктом с другой. 
Интернет (http://www.davesite.com/webstation/net-history.shtml), космонавтика, ядерная энергетика - три примера, первыми приходящие на ум. Каждая из этих отраслей сначала представляла собой неоформленнное и плохо финансируемое сообщество ученых и изобретателей, потом некоторое время служила министерствам обороны, а в конце концов создавала продукты или услуги, которыми пользуются миллиарды. 
Нет никаких сомнений в том, что первыми, кто заметит прорывы в области повышения возможностей человеческого организма, будут военные. Они находятся в вечном поиске идеального солдата. За исключением явных сказок, пока в СМИ ничего на эту тему не попадало. Ничего страшного в том, что военные инвестируют в эту сферу: по некому закону природы их разработки в любом случае однажды начнут продаваться в розницу. Главное, чтобы до этого времени генералы не устроили новый Армагеддон, чтобы проверить свои новые игрушки.